8 мая WSJ опубликовал статью "Higher Oil Prices Give Putin a New Edge" ("Высокие нефтяные цены дают Путину новые возможности") Если очень кратко, суть статьи такова:

Путин начал свой четвертый срок с неожиданным оружием против Западных санкций: повышенные нефтяные цены. Эти новые деньги от экспорта углеводородов позволяют Путину нейтрализовать растущие конфликты с Западом и протесты внутри РФ.

Эти новые дополнительные деньги идут на войну в Сирии, в Украине, на рост военных расходов в целом, на компенсацию санкций, связанных с вмешательством РФ в президентские выборы в США. Очень значительную часть "новых нефтяных денег" Путин использует для пополнения "фондов на черный день".

Путин ведет себя очень нагло — полюбуйтесь на путинскую инаугурацию. Даже при нынешних нефтяных ценах в 70 долларов за доллар Путин не обеспечил развитие экономики России, но довел производство нефти с 7 миллионов до 11 миллионов баррелей (с 350 миллионов тон до 550 миллионов тон) в год. Как же нагло поведет себя Путин, когда цена нефти достигнет 100 долларов за баррель, как ускорится военная модернизация РФ!

Да, WSJ орган деловых кругов, включая и нефтяные фирмы, это оплот республиканцев и, до некоторой степени, оплот Трампа (который, не скрываясь, Путиным восхищается). Но в отношении Путина WSJ иллюзий не строит и симпатий к нему не испытывает. Больше того, WSJ трезво оценивает путинскую угрозу и перспективы ее увеличения.

Все это очень актуально именно сейчас, когда Трамп разорвал "ядерное соглашение" с Ираном, и цены нефти за последние несколько дней выросли. И перспективы еще неприятнее. В американских СМИ печатаются сейчас десятки тревожных статей о негативных последствиях на экономику США рывка нефтяных цен. Плохо всем — за вычетом Путина, Трампа и всяких "нефтяных структур", которым Трамп покровительствует.

И так будет, пока Америка от Трампа не избавится, что станет мощным ударом и по Путину. А теперь посмотрите следующий, главный пункт статьи.

Рассмотрим таблицу Weekly Petroleum Status Report/Energy Information Administration (Еженедельный отчет о положении с нефтью Агентства (Администрации) Энергетической Информации Правительства США или Отчет ЭИА).

Что очень хорошо — это очень прозрачная таблица; она позволяет опытному аналитику экономической статистики с ходу сделать очень серьезные выводы. Рассматриваемая таблица (последняя из опубликованных) дает данные за 4 недели, окончившиеся 5 мая 2018 года ("текущий месяц"), и сравнивает ее с данными за четыре недели, окончившиеся 4 мая 2017 года ("год назад").

Я пересчитал данные из баррелей в метрические тонны (добыча нефти в 20,000 баррелей в день означает, практически точно, один миллион тонн в год, а один баррель нефти равен почти 150 кг нефти). Теперь пункт за пунктом (комментарии в скобках). Постараюсь как можно проще и популярнее.

1) За текущий месяц производство нефти в США составило, на годовом уровне 530 миллионов тон против 464 миллионов тонн год назад. (Рост на 11,5%, совсем неплохо; и весь рост был достигнут за счет сланцевой нефти, доля которой в общей добыче достигла 66%, что очень хорошо).

2) Нетто импорт нефти (экспорт минус импорт) составил за текущий месяц, на годовом уровне, 302 миллиона тонн (404 миллиона тонн — 102 миллиона тонн) против 371 миллиона тонн (408 миллиона тонн минус 37 миллиона тонн) год назад. При этом импорт нефти чуточку упал, а экспорт вырос почти в три раза. Это произошло благодаря поддержке Администрации США и личным усилиям Трампа, чем он регулярно хвалится. В результате нетто импорт нефти упал почти на 20%.

3) А сколько нефти поступает на нефтеперерабатывающие заводы Америки? За текущий месяц эти поступления, на годовом уровне, составили 833 миллиона тонн, против 826 миллиона тонн год назад, т.е. рост составил меньше 1%.

Вот мы и приехали: весь прирост добычи нефти, и еще чуточку сверх того, ушел "во внешний мир", где цены нефти, кстати, существенно выше американских, а количество нефти для внутреннего спроса, т.е. для переработки на заводах США, почти не выросло. А экономика-то США растет и требует больше нефтепродуктов! Возникает нефтяной голод, который "компенсируется" ростом внутренних цен на нефть и нефтепродукты: "Снижайте потребление, леди и джентльмены!" И они (мы) снижают.

4) Наконец, рассмотрим такой важный показатель, как коммерческие запасы нефти, которые на 5 мая 2018 года составили 434 миллиона баррелей (около 65 миллиона тонн) против 522 миллионов баррелей (78 миллионов тонн) на 4 мая 2017 года.

(То есть имело место падение на 16%; оно происходило шаг за шагом в течение всего года. Существуют еще стратегические, правительственные запасы нефти, но они почти неизменны на уровне 100-105 миллионов тонн, и на общую "нефтяную картину" влияют слабо. Если бы не это падение коммерческих запасов нефти, то поставки нефти на нефтезаводы в апреле 2018 года даже несколько сократились бы против апреля 2017 года. И это имело бы самые скверные последствия для экономики Америки. Добавлю, что коммерческие запасы бензина, дизельного топлива и керосина также сократились между 4 мая 2017 года и 5 мая 2018 года, от 5% до 10%, что было в рамках общего тренда.)

Самое главное: каждое объявленное — раз в неделю — сокращение коммерческих запасов нефти тут же подбрасывает нефтяные котировки вверх. То и другое в течение последнего года происходило десятки раз. Вот такой несложный, но надежный механизм роста цен на нефть и нефтепродукты на рынках США: чуть-чуть наращивай производство нефти, выводи "прибавку добычи" за границу, не забывай потихоньку снижать коммерческие запасы нефти и нефтепродуктов, держи нефтяной рынок Америки на "голодном пайке". В итоге — "вольный" рост внутренних цен на нефть и нефтепродукты.

"Нефтяной голод" на внешнем, мировом рынке поддерживается сокращением производства нефти в рамках механизма "ОПЕК плюс Россия". По-моему я объяснил популярно. А трамписты, которые объясняют стремительный рост цен на нефть "объективными условиями", заслуживают плевка в поганую рожу. Ведь в распоряжении американских нефтяных фирм многие сотни "резервных", бездействующих нефтяных скважин. Производство нефти можно было бы увеличить быстро и резко. Не хотят ломать выгодные тенденции.

Александр Немец